И снова о Вайнберге

Имя композитора Мечислава Вайнберга* уже два года не сходит с польской музыкальной сцены и присутствует в общественной жизни. В Варшаве создана и активно работает общественная организация его имени, благодаря которой в районе Воля уже появилась улица Мечислава Вайнберга. При поддержке института им. Адама Мицкевича был издан диск Light in darkness. А в начале декабря музыкальная академия в Катовицах  провела первый конкурс среди скрипачей им. М. Вайнберга.

Среди членов жюри мы увидели фамилию известного российского скрипача, заслуженного артиста России, профессора Московской консерватории им. П. Чайковского Александра Тростянского. Организаторы конкурса предоставили нам возможность встретиться с ним.

ER: Начнём с разминки. Вы первый раз в Польше?

– Что Вы, далеко не первый! Я очень люблю Польшу! Я даже по-польски немножко говорю…

ER:   А за что Вы любите Польшу?

– Это довольно необъяснимам вещь. Я даже не могу это сформулировать. За что? Вот говорят, что у человека разные жизни. Так вот, видимо, в какой-то прошлой жизни я был поляком.

ER:  А может, у Вас есть польские корни? У Вас довольно „подозрительная” фамилия…

– Нет, мы все из Воронежской губернии. Это, правда, не так далеко от Польши. Но польских корней не наблюдается. Ale ja czuje sie troszke Polakiem.

ER: Вы сюда приезжали как турист, музыкант, педагог?

– Я приезжал и играть, и несколько раз поработать в жюри конкурса для молодых скрипачей, который проводится в Люблине.

ER:  Где успели побывать?

– Мельком был в Варшаве, в Кракове, в Казимеже Дольном, довольно продолжительное время в Люблине, а сейчас вот в Катовицах.

ER:  Вы сейчас находитесь в новом здании музыкальной академии. Как Вы его оцениваете?

– Можно только позавидовать! Просторные большие классы, огромный холл, видно, что „новодел”, но с каким-то духом.  Финал у  нас проводится в большом зале – акустика на зависть!

ER:  В информации о конкурсе мы читаем: „Мечислав Вайнберг ещё до недавна был композитором абсолютно неизвестным”. Речь идёт о Польше. А как давно Вы знаете фамилию композитора Вайнберга и его музыку?

– Хотелось бы сказать – с рождения! Были Прокофьев и Шостакович, а дальше были Кабалевский, Вайнберг, Шабалин. Он был очень известен у нас всегда. Не сказать, чтобы его много исполняли, только определённые опусы – это правда. У него же богатейшее наследие во всех возможных жанрах!** И в том числе – скрипичное наследие. А вот сонаты его для скрипки и фортепиано я, пожалуй, не слышал до последнего времени. Но всегда играли его сольные сонаты,  «Молдавскую рапсодию». Нельзя сказать, что он был неизвестным.

ER:  Вы сами играли Вайнберга?

– Не очень много, но играл, конечно.

ER: Когда Вас пригласили на первый конкурс скрипачей им. Вайнберга в качестве члена жюри, каким было Ваше первое чувство?

– Я всегда рад сюда приехать! Тут друзья у меня, и атмосфера польская как-то мне нравится. Во-вторых, я понял, что буду представителем российской „части”   Вайнберга – тут у нас интернациональное жюри. И ещё мне было очень интересно, кто приедет и как будут играть? Ведь в наши дни очень сложно куда-нибудь добраться. Я, например, летел сюда через Афины! Сейчас же нельзя из России напрямую приехать в Польшу. И к сожалению, две очень сильные конкурсантки из Москвы так и не смогли приехать в Катовицы.

ER:  Каковы Ваши впечатления от конкурса?

– Достаточно интернациональный состав участников. Пусть их немного, но они „в тельняшках” – здорово играют! Очень высокий уровень. И что радует – в финале у нас Россия, Польша, Япония и Дания.

ER:  Как Вы относитесь к своеобразному „расчёту” музыкантов на „первый, второй, третий” – я имею ввиду присуждение премий?

– А что делать? Такая конкурентная составляющая в нашей профессии тоже есть. На большинстве конкурсов принято решение делить премии. Но возможен вариант, что никому не будет присуждено первое место. Например, на этом конкурсе у нас есть три лидера – это моё личное мнение. Но как распределятся места – в этом и есть интрига.

ER:  Вайнберг при жизни был довольно популярен на территории СССР. А как Вы видите его сегодняшнее место на музыкальной сцене?

– Я считаю, что сейчас он как бы заново открывается, по крайне мере, на Западе. Что касается России, два года назад, когда отмечалось его 100-летие, Вайнберг звучал у нас из каждой форточки! Это было невероятно! Во всех филармониях обязательно играли концерты, симфонии. Я Вам скажу, что сейчас проявляется сильная тенденция открывать кого-то, кто был незаслуженно обделён вниманием. Я надеюсь, что юбилей прошёл, а Вайнберг с нами останется. Будучи открыт во второй раз, он не «закроется» снова.

ER:  А Вы знаете, что у нас в Варшаве уже есть улица Вайнберга? Как Вы к этому относитесь?

– Я совсем не против!(улыбается)

ER:  А ещё у нас есть первая в мире улица Мандельштама. Но об том мы поговорим с вами, когда Вы приедете в Варшаву. Приглашаем!

Разговаривала Ирина Корнильцева

*https://europaru.wordpress.com/2019/12/14/wajnberg/

**Мечислав Вайнберг оставил после себя 153 произведения, в том числе 22 симфонии, 70 камерных сочинений и более 30 песенных циклов.

Мы благодарим организаторов конкурса им. М. Вайнберга за помощь в организации интервью и предоставлении материалов