19 марта высоцковеды и высоцколюбы из 32 стран мира отметят в своей памяти восьмую годовщину преждевременного ухода из жизни их любимой Марлены Зимной. Это она в польском городе Кошалин в период с 2003 года по 2015 собирала в единое сообщество на Международных фестивалях документальных фильмов о Владимире Высоцком любителей и исследователей творчества поэта.
День Памяти Марлены в этом неспокойном году хочется прочувствовать в тишине и атмосфере молитвенных звуков уникального инструмента, завершившего последний фестиваль Марлены. Был им дудук в руках музыканта из Армении – Альберта Мелконяна.
Мы уже писали в №87/2015 нашего журнала о поистине космическом, кульминационном моменте последнего, организованного Марленой Зимной, XIII Фестиваля Высоцкого – о торжественном открытии первой в мире, вмурованной в тротуар в самом центре города Кошалина возле Кафедрального собора, памятной медали „2374 Vlad Vysotskij”, подаренной городу латвийским обществом Miera Kauss. Медаль была выполнена по инициативе общества в рамках международного проекта „Владимир Высоцкий во времени и пространстве. Атлас Владимира Высоцкого” в честь 40-й годовщины открытия планеты № 2374 (22.08.1974 г.), расположенной между орбитами Марса и Юпитера и названной именем поэта. На церемонии присутствовали участники фестиваля и официальные лица, после речей которых по городу потекли неповторимые, наполненные некой всемирной тоской звуки дудука замечательного музыканта из Армении Альберта Мелконяна…
Оставаясь в атмосфере его магического звучания и памяти об ушедших близких, посвятим этот текст истории одного из древнейших музыкальных инструментов на планете, коим является армянский дудук.
Согласно древнеармянской легенде, юный Ветерок влюбился в красивое цветущее абрикосовое дерево, но злой и старый Вихрь не разрешал Ветерку ласкать лепестки абрикосового деревца и пригрозил превратить изумрудную горную долину в пустыню, где любимое дерево Ветерка погибло бы от горячего дыхания Вихря. Юный герой не представлял жизни без объекта своей любви и принялся уговаривать Вихрь позволить ему остаться среди абрикосовых цветов. Старик согласился, но лишь с одним условием: Ветерок больше никогда не сможет летать. Если же он нарушит уговор, дерево погибнет.
Так прошла весна, а за ней лето. Счастливый и беззаботный Ветерок играл в листьях любимого деревца, а оно напевало ему благозвучные мелодии. С приходом осени цветы и листья опали, деревце замолчало. От скуки Ветерок всё больше и больше тянулся к вершинам, чтобы кружиться с друзьями в небе, и в конце концов, не выдержав, улетел. Деревце не смогло вынести тоски по любимому и погибло, одна лишь веточка затерялась среди пожухшей листвы. Эту веточку нашёл одинокий юноша и сделал из неё дудочку. Как только юноша поднёс дудочку к губам, она запела, поведав свою печальную историю любви.
О том, кто же в действительности первым вырезал из абрикосового дерева дудук, остаётся сокрытым в недрах древней истории. Согласно исследованию этномузыковеда Джонатана Макколама, изображение дудука можно увидеть на многочисленных армянских рукописях Средневековья. Некоторые эксперты относят инструмент ещё дальше по времени – к эпохе государства Урарту, и, согласно их утверждениям, дудуку – около трёх тысяч лет! Но независимо от точности возраста инструмента дудук считается одним из старейших символов армянского наследия и одним из старейших музыкальных инструментов.
Всемирную известность дудук получил благодаря выдающемуся дудукисту маэстро Дживану Гаспаряну. Услышавший впервые в возрасте шести лет звуки дудука мальчишка из армянского села влюбился в этот инструмент и посвятил ему всю свою длинную жизнь (1928–2021), прославляя дудук на весь мир. На его счету саундтреки таких голливудских фильмов как: „Последнее искушение Христа” (1988), „Гладиатор” (2000) и др. Маэстро работал со многими известными музыкантами, включая таких, как Андреас Фолленвайдер, Лайонел Ричи, Стинг, Питер Гэбриел, Ханс Циммер, Брайан Мэй, Борис Гребенщиков, Ирина Аллегрова, Владимир Пресняков, Игорь Крутой, Майкл Брук и Дерек Шериньян.
„Дудук – это душа человека, его история, его молитва… Я обращаюсь к вам с этим письмом, потому что очень боюсь, что вы пропустите в своей жизни что-то очень важное. Пропустите потому, что ничего не знали об этом. О чём? О дудуке… Понять и ощутить сполна, что же такое дудук, можно только хотя бы раз услышав его. А услышав, хочется рассказать непосвящённым, что музыка дудука – это то, как поют горы или разговаривают деревья, как плачут старики или радуются дети, сражаются воины или играются свадьбы… Послушайте, и тогда вы сами почувствуете, что такое дудук,” – говорил Дживан Гаспарян в своем обращении к людям.
А выдающийся армянский композитор Арам Хачатурян утверждал, что из всех музыкальных инструментов один лишь дудук может заставить его плакать.
Армянский дудук звучит в саундтреках фильмов „Страсти Христовы”, „Хроники Нарнии”, „Код да Винчи”, „Пираты Карибского моря”, „Зена – королева воинов”, „Пепел и снег”, „Онегин”, „Игра Престолов”, „Халк” и др.
В 2005 году дудуку и исполняемой на нём музыке ЮНЕСКО присвоило статус шедевра устного и нематериального культурного наследия человечества. В чём же его отличие от других родственных ему музыкальных инструментов: дудки, флейты – раз удостоился столь почетного статуса? По словам артиста и педагога в Школе дудука проекта DUDUKIST Армена Ованнисяна, главным отличием дудука является „тембр, который максимально приближен к тембру человеческого голоса. Именно такое звучание придаёт музыке особую проникновенность, глубину, раскрывая душевное состояние человека”.
В Армении дудук известен также как циранапох (арм. ծիրանափող), что дословно может быть переведено как „абрикосовая труба” или „душа абрикосового дерева”. Великие армянские мастера экспериментировали и пробовали применять другие виды древесины для изготовления инструмента, но только абрикосовое дерево с его характерной способностью резонировать давало тот неповторимый бархатистый звук, характерный для дудука. Кроме того, цветущий абрикос является в Армении символом нежной первой любви, а его древесина – символом крепости духа, верной и долгой любви. Своё современное название „дудук” древний инструмент циранапох приобрёл лишь в 1920 г. из-за внешнего сходства с русской дудкой. Это более простое и звучное имя прижилось не только в самой Армении, но и во всём мире.
…Однако вернёмся к нашему главному популяризатору этого магического инструмента – первому дудукисту, которого нам повезло услышать вживую – фестивальному гостю Марлены Зимной Альберту Мелконяну. В прошлом нам довелось быть на концерте в филармонии с польским солистом, играющем на дудуке, и даже приобрести его диски, но …услышав Альберта, мы согласились с утверждением армян, что „по-настоящему” играть на дудуке могут только музыканты, имеющие в роду армянские корни, поскольку в них это заложено генетически.
На нашем прощальном постфестивальном домашнем чаепитии мульти-музыкант Альберт менял инструменты, переходя от пианино к гитаре, но всё растворилось в вечности, когда Альберт взял в руки скромную „абрикосовую веточку любви” – дудук…
Сегодня, спустя девять лет с того памятного прощального вечера, мы обратились к Альберту с просьбой раскрыть нам тайну этого „покорившего горы и страны” армянского инструмента с человеческим голосом и получили ответ -воспоминание истинного представителя древнего армянского народа со сверхчувствительной душой и сердцем:
– Если сложить минуты, или даже секунды, когда ты счастлив по-настоящему, до самой верхушки головного мозга, то получается цифра, ну, очень незначительная. Иногда это всего несколько часов в жизни, сложенной из более пяти десятков лет. Можно задохнуться от жалости к самому себе.
Но скоро понимаешь, что стоит родиться, чтобы сотворить нечто, длительностью пусть в несколько коротких минут, но чтобы мир ахнул! Как история с „Адажио” Альбинони, как да Винчи с „Мадонной” или гончар, архитектор, скульптор, сотворившие шедевр на все времена. И много ли таких минут вспомните вы сами? Бывает, что вовсе ни одной.
Но я не об этом. Армянскому радио 40 лет. Во внутреннем дворике Дома радио расставили столы, в одном крыле – помост для эстрадно-симфонического оркестра, на котором выступили и мы, симфонический оркестр Гостелерадио Армении. Столики не нумерованы, и мы рассаживались по своим группам. Получилось так, что одно место за моим столиком оказалось свободным. Нас трое симфонистов, и один стул пустует.
Выступил руководитель Армянского радио, потом руководители отделений, мы сыграли первую часть второй симфонии Арама Хачатуряна, и на сцене прочно обосновался симфоджаз.
И вдруг за наш столик подсаживается крепенький мужичок совсем не элитной внешности. Я ещё подумал, что звукорежиссёр или народник „от сохи”. И вдруг охнул! Мне, шестнадцатилетнему подростку, как совершенно равному, улыбается всемирно известный Дживан! Тот Дживан, который окутал фильм „Гладиатор” доселе неслыханным тембром, крепко цепляющим душу! Не просто запоминающийся тембр, а вибрации, соединившие сокровенные мечты с кем-то неизвестным, обитающим в невообразимых глубинах мироздания.
Конечно, мы знали и Дживана Гаспаряна, и его дудук. С Дживаном мы делали фондовые записи. Но вот так, на расстоянии меньше метра – я окаменел. А потом, когда затихли аплодисменты выдающемуся мастеру, он вынул из футляра свой дудук. Он ещё только прикладывался к инструменту, а я уже взвился над горами. Даже услышал дудук где-то с четвертой-пятой ноты. И рухнул на землю. Маэстро не стал долго думать и заиграл „Дле Яман”, народную песню, которая, если не сдержать буйство чувств, может убаюкать навсегда.
Горизонты пропали, исчезло всё. Только звуки, словно из недр кровоточащего сердца, клубились над миром. …Над головами витают звуки, полные печали. Будто нет в сердце больше ничего, а только эта печаль. И ты заключаешь её за тысячи замков, дабы не опечалить ещё чью-то душу, не дать ей излиться багровым по синему. А дудук, это непосредственное дитя абрикоса и вод из земных глубин, вдруг врывается в тебя и выворачивает наизнанку. И ты не властен над ним. Сердце Бога, выраженное дудуком, связывает тебя невидимыми нитями и влечет. Куда? Зачем? Уже не важно.
Когда маэстро закончил, я ещё был разбросан на атомы. …Окончательно очнулся поздним утром, когда ночь напролёт познавал бездны великой скорби, океаны безбрежной любви и радости, умопомрачительную глубину мудрости и свет прощающей надежды. Не только познавал неведомое, но увидел судьбу своей страны и всего мира. И опечалился.
Но твердо решил: что бы ни было – не делиться печалью. Иначе жить будет совсем невмоготу. Но делиться малейшей радостью, насколько это возможно. Держаться и поддерживать!
Но дудук… Это дитя с огромными глазами цвета абрикосового дерева и ещё незапачканным сердцем… Всего несколько минут. Несколько минут настоящей, не выдуманной жизни… Чего ещё? И я уверился: стоит родиться хотя бы для того, чтобы услышать дудук и умереть. И остальное не важно.”
Ну, что ж, исповедь Альберта можно закрепить лишь тостом с армянским коньяком: „Так пусть веточка, из которой сделали первый дудук, продолжает рассказывать миру голосом вечности свою печальную историю любви”!
Светлана Биль
ER 124/2024
ЕВРОПА. RU 